Набат 15 мая

Полдень был тёплым, двор княжеского дворца почти опустел. Царевич Димитрий играл с мальчиками, когда из-за стены донёсся короткий крик.

Пономарь поднялся на колокольню раньше, чем кто-либо успел дать приказ. Он увидел бегущих людей, мать над неподвижным ребёнком и дёрнул верёвку. Первый удар прокатился над Волгой. Второй вывел горожан из домов. После третьего площадь уже наполнялась толпой.

Кто-то крикнул об убийцах. Имена передавали от человека к человеку, пока подозрение не стало приговором. Гнев оказался быстрее следствия: несколько людей погибли, прежде чем в город прибыла московская комиссия.

Колокол сняли. Говорили, что его наказали как человека — вырвали язык, отсекли ухо и отправили в Сибирь за то, что он позвал Углич на мятеж.

Но звук нельзя сослать. Пока колокол везли на восток, жители будто слышали его над рекой в тихие дни. Поэтому история Димитрия осталась в городе не только в документах и росписях: она осталась набатом, который всякий раз требует сначала услышать, а потом судить.

Гибель царевича 15 мая 1591 года, городские волнения и расследование документированы. Детали мгновенного набата и «человеческого» наказания колокола соединяют архивные сведения с поздним преданием.